Довольно часто не хочу просыпаться утром. Нет, не из-за надвигающейся дождливой реальности и не из-за лени. Просто во сне так сладко и благостно! Там много знакомых людей, которых действительно приятно видеть, знакомые места, звуки, иногда даже запахи... Спишь себе и думаешь, как апостол Петр: "А не сделать ли мне здесь кущу? Не остаться ли тут навсегда?" Но надо идти в новый день. Реальность наваливается с надоедливым звонком будильника. Только и греет одна мысль: я вернусь. Обязательно вернусь!

Пришли в детский сад за ребенком. В предбаннике собралось несколько других родителей. Детей увели на занятия. Все сидят и ждут. Сначала шел традиционный обмен мнениями: кто из детей что любит, кто как в садик ходит, кто чем болел. Детей нет рядом, но они присутствуют в этом предбаннике незримо. Без них никак. Потом все темы исчерпались и родители затихли в ожидании. Кто-то рисунки своих чад отобрал из общей пачки, кто-то ящичек проверил, все ли на месте. Опять тишина. Детей еще нет, но они здесь присутствуют все равно.
Через несколько минут слышатся детские голоса и крики в коридоре. Родители встрепенулись: идут! Наши идут! Вскоре в предбанник вбегают дети, дружно находят своих родителей, радуются и те, и другие, целуются, обнимаются. Просто прелесть, а не картинка!
А еще через пару минут начинаются... Нет, не радости-прелести. Скандал, ругань и детский плач. "Ты зачем так делаешь? Тебе не стыдно?" "Хватит упрямиться, я устала!" и т.д. и т.п. Потом продолжение выяснений отношений в коридоре и снова дети плачут, а мамы-папы хмурятся, сердятся, ругаются.
Вот и получается: без детей - никак. Скучаем, любим, тоскуем, говорим только о них. Но и с детьми тоже не очень-то выходит. Не выходит без раздражения, гнева. Как сказал однажды Даниил Хармс: "Убивать детей жестоко, но ведь надо же с ними что-то делать". Выходит, что прав классик?

Мне не быть космонавтом. И великой певицей. И музыкантом. Танцовщицей тоже. И художницей я уже не буду. И театральным деятелем вряд ли.
Меня накрыл кризис. Смешно писать про средний возраст, да это и неважно. Наверно мои мистические 33 нашептали правду: не всем моим мечтам предстоит исполниться... Да и круг "мечт" заметно сужается год от года. Не удается уже с детской непосредственностью превращаться в "балерину" или "пожарного".
Да, космонавтом мне не быть уже. Однозначно. Тут бы просто человеком остаться в этих каменных джунглях!

Книгу Анатолия Кузнецова "Бабий Яр" я прочитала давно, еще когда жила в Ташкенте. Если я скажу, что она произвела на меня сильное впечатление - я не скажу ничего. Она изменила меня, вывернула наизнанку. Она отпечатала город Киев в моем сознании, навсегда выделив его из череды других городов мира. Живя в Средней Азии, я осознала навсегда, что Киев - это город, где был Бабий Яр.
В то время я и представить себе не могла, что я не только побываю в Киеве, но и буду жить в нем!
Тем не менее свойство человеческой памяти - все забывать. Только сегодня (точнее, вчера вечером), спустя три года после моего переезда в Киев, я побывала в Бабьем Яру. Сейчас он находится в таком состоянии, что уже трудно представить себе весь ужас осени 1941 года. Все покрыто зеленью, все цветет и благоухает. Память зарастает травой и цветами. Будто всегда на этом месте был просто парк, где свободно могут гулять дети и взрослые, а на лавочках вольготно расположились пенсионеры с книжками и кроссвордами. Возможно, они просто живут рядом, вот и ходят сюда на прогулки.
А я смотрю на это место своим свежим взглядом. Я успела привыкнуть к городу, но не к этому месту. Оно не успело превратиться в моем сознании просто в "парк культуры и отдыха". Мне пока совсем непонятно: зачем здесь построили телебашню? К чему на этом месте метро? Как можно было копать его на этом месте, на костях сотен убитых? И почему так мал этот самый яр? Видимо, осталось от него совсем немного из того, что было (действительно, большую часть специально закопали, это я потом прочитала). Почему по дорогам ездят автобусы и машины, почему я здесь праздно прохаживаюсь, фотографирую?... Жизнь человеческая ничего не стоит. Вся история это подтверждает. Обидно, что мы так быстро все забываем.
Смотришь на всю эту зелень и деревья в цвету и думаешь невольно: а была ли на самом деле та осень?
БЫЛА.

Моя дочка нашла на самом дне Яра маленькую детскую лопатку-ситечко - видимо, кто-то из детей забыл ее там недавно. Эта лопатка словно протянута нам из того невидимого мира, из самого его дна. Моя дочка еще не понимает, почему мы здесь, думает, что просто гуляем. Она пытается влезть на памятники и подобрать с них цветы. Она не понимает, что такое "умереть".
Я хочу, чтобы однажды и в ее сердце Бабий Яр прозвучал так, как когда-то у меня в Ташкенте. Я не хочу, чтобы Бабий Яр превратился для меня в "парк культуры и отдыха".

Жизнь постоянно вносит свои коррективы. Иногда они бывают довольно болезненными. Такими, что из-за них невозможно уснуть ночью. Вот и сегодняшняя ночь прошла без сна. Сегодня ночью я думала о двух вещах.
Человек так устроен, что для него главное, как правильно определили древние мыслители, "быстрее, выше, сильнее". Умными людьми были эти древние мыслители. Казалось бы, у них было так мало времени (имею в виду, в ретроспективе), чтобы понаблюдать за человечеством (ну, может быть, несколько сот столетий, не то, что у нас сейчас), но ведь как верно подметили: быстрее, выше, сильнее! Особенно это заметно именно в нашем поколении, во времена "потребления", и касается сие не только спортивных рекордов, жизненного успеха, но и психологии, взаимоотношений. Часто можно услышать: "Мы перестали встречаться. Я бросила его первая!" Отношения в паре уже давно агонировали, но это неважно. Главное - успеть сбежать (бросить, оставить) первой (или первым) - это не больно, не бьет по самолюбию, но наоборот даже утверждает тебя на ступеньку выше, а может, и делает победителем. В таком случае у второй половины может развиться целый комплекс неполноценности: "меня бросили, потому что я не лучший. Не самый-самый. Я вообще никакой".
Я радовалась тому, что достигла определенной зрелости. Прошло подростковое "хочу, чтобы меня все любили". Теперь я понимаю, что меня не могут все любить, хвалить, холить-лелеять. Теперь я не завишу от мнения других настолько, насколько зависела раньше. Хотя есть другие зависимости. Негативные суждения (осуждения) могут меня ранить, но не ломают. Просто я становлюсь все более спокойной и выносливой, устойчивой. Мир закаляет меня. А ведь это только начальная школа, есть еще и старшая... Теперь мне помогает осознание своей ценности в глазах Бога. Он любит меня, несмотря ни на что: даже если я прихожу к финишу последняя, ползу на карачках и очень ослабела. Эта любовь способна возродить из пепла. А главное, что я наконец поняла: быть слабым и последним - не позорно, не нужно этого стесняться. То есть это я и раньше понимала, а сегодня ночью прочувствовала сердцем.
А второе, о чем мне думалось: еще нужно учиться оставаться самой собой. Не предавать самое себя ради каких-то жизненных благ, удобства, денег. Мы постоянно делаем это. Зависим от всего этого, не хотим расстаться, поэтому больше всего и чаще всего в жизни мы предаем самих себя. Больше всего любим и чаще всего предаем. И когда получается преодолеть это, пренебречь собственным комфортом и благом пусть даже в ущерб себе - ты одерживаешь победу. Крошечную, малюсенькую, но победу. А это не может не порадовать! Как приятно не предавать себя!
Люди, берегите себя!

Не могу уснуть, потому что думаю... о кукольном домике! Ну, честное слово, как будто собственный дом проектирую и строю.
Приятно что-то красивое сделать, это раз.
Приятно сделать что-то красивое для родного ребенка, это два.
Неважно, что он может и не оценить сразу твоих затраченных усилий (по крайней мере, не показать бурной радости или восторга), это три.
Главное, что я в творческом процессе! Такое забытое и радостное чувство! Я - творец. Я творю и радуюсь этому. Пойду-ка и еще что-нибудь поклею.

Накануне Пасхи мысли все больше небиблейские. Вспоминаю, как дома в детстве праздновался этот день. Точнее сказать, он проходил по-обычному, никаких особенностей празднования не было, в церковь никогда не ходили. Праздник начинался с активной подготовки к нему. Обычно мы с братишкой приводили квартиру в порядок - мыли окна, полы, а мама стирала занавески и готовила тесто для куличей. Тесто это совершенно особенное: его можно в сыром виде съесть, такое оно вкусное! Вот мы с Алешей по очереди потихоньку лазили в кастрюлю и облизывали сладкие края. Однажды в своей самостоятельной жизни я попробовала сама испечь куличи. Ничего не получилось, с тех пор больше уже не пробую...
Да, еще кроме куличей мама пекла всякие плюшки и рулеты. Для этого заранее закупались кишмиш, курага и орехи, все тщательно перебиралось, мылось, сушилось, а все, что оставалось после опять-таки нашего с Лешей воровства, становилось потрясающе вкусной начинкой.
В воскресенье мы ходили по соседям и угощали их выпечкой. К нам тоже многие приходили, приносили свое - просто круговорот яиц и куличей в природе! И конечно, обязательно отвозили печеное бабушкам.
Сейчас, когда я вижу, как ранним воскресным утром причесанные дети с родителями несут аккуратные корзинки с выпечкой, мне становится очень грустно. Оттого, что нет рядом тех, к кому можно прийти вот так вот рано утром в воскресенье с корзинкой... Будут звонки и поздравления по телефону, а вот трехкратного целования - не будет. И удивительного маминого кулича в этом году я опять не попробую. Вот уже пять лет как не пробую. Теперь уже я должна думать о том, чтобы у моей дочки остались такие же добрые и теплые воспоминания о Пасхе, как у меня. Завтра будем красить яйца и печь рулеты - они попроще, должны получиться...